Supreme означает «превосходный»


21 июня 1915 года Казимир Малевич закончил свою супрематическую работу «Черный квадрат».

О парадоксе «Черного квадрата» задумывался каждый. Нельзя придумать ничего проще, чем черный квадрат. Нет ничего легче, чем нарисовать черный квадрат. Тем не менее он признан шедевром. Если сегодня он попадет на открытые торги, его готовы будут купить за 140 миллионов долларов!

«Черный квадрат» на самом деле квадратом не является. Его стороны не равны друг другу. И противоположные стороны не параллельны друг другу. К тому же «Черный квадрат» не совсем черный.

Химический анализ показал, что Малевич использовал три самодельные краски. Первая – жженая кость. Вторая – черная охра. А третья – еще один природный компонент темно-зеленого оттенка. Еще Малевич примешал мел. Чтобы убрать эффект глянца, присущий масляным краскам. То есть художник не просто взял первую попавшуюся черную краску и закрасил начерченный квадрат. Как минимум он потратил день на подготовку материалов.

Если бы это была случайно написанная картина, художник не стал бы ее копировать. В течение последующих 15 лет он создал еще 3 «Черных квадрата». Если приглядеться к этим четырем картинам (две хранятся в Третьяковке, одна – в Русском музее, еще одна – в Эрмитаже), то можно увидеть, насколько они не похожи. Несмотря на всю их простоту, они разные. Первый «Квадрат» 1915 года считается самым энергетически заряженным. Все дело в удачном подборе оттенков черного и белого, а также в составе красок.

Все четыре картины не похожи ни размером, ни цветом. Один из «Квадратов» больше по размеру. Другой – намного чернее. По цвету он самый глухой и всепоглощающий.

«Квадрат» 1915 года покрыт множеством трещин (кракелюр). Сквозь них виден нижний слой краски. Это цвета другой картины. Она была написана в протосупрематическом стиле. Но это еще не все. Под ней – другое изображение. Уже третье по счету. Написанное в стиле кубофутуризма. Поэтому кракелюры и появились. Слишком толстый слой краски.

Зачем же такие сложности? Целых три изображения на одной поверхности! Возможно, это случайность. Так бывает. Художника осеняет идея. Он хочет ее выразить сразу. Но под рукой может не оказаться холста. Но даже если холст есть, его нужно готовить, грунтовать. Тогда в ход идут малозначимые картины. Или те, которые художник считает неудачными.

Получилась этакая живописная матрешка. Эволюция. От кубофутуризма к кубосупрематизму и к чистому супрематизму в «Черном квадрате».

«Черный квадрат» был создан в рамках придуманного Малевичем нового направления в живописи. Супрематизма. Supreme означает «превосходный». Так как художник считал его наивысшей точкой развития живописи.

Казимир Малевич. Супрематическая композиция

Это целая школа. Только эта школа была создана одним человеком. Казимиром Малевичем. Он привлек на свою сторону немало сторонников и последователей.

Малевич умел ясно и харизматично рассказывать о своем детище. Он рьяно агитировал полностью отказаться от фигуративности. То есть от изображения объектов и предметов. Супрематизм – это искусство, которое творит, а не повторяет, как говорил художник.

Если же убрать пафос и посмотреть на его теорию со стороны, то мы не можем не признать ее величия. Малевич, как подобает гению, почувствовал, в какую сторону ветер дует. Время индивидуального восприятия заканчивалось. Что это значило? Раньше на произведения искусства любовались лишь избранные. Те, кто ими владел. Или мог позволить себе дойти до музея. Теперь же наступал век массовой культуры. Когда важны упрощенные формы и чистые цвета. Малевич понимал, что искусство не должно отставать. А может даже в состоянии возглавить это движение.

Он придумал, по сути, новый живописный язык. Соразмерный грядущему времени, которое вот-вот наступит. А у языка есть своя азбука.

«Черный квадрат» и есть главный знак этой азбуки. «Нуль форм», – как говорил Малевич.

До Малевича существовала другая азбука, придуманная еще Джотто в начале XIV века. Эта азбука и была основой всего искусства. Это перспектива. Объем. Эмоциональная выразительность.

У Малевича язык совсем другой. Простые цветоформы, в которых цвет наделяется другой ролью. Он не для того, чтобы передать натуру. И не для того, чтобы создать иллюзию объема. Он сам по себе выразителен.

«Черный квадрат» – главная «буква» в новом алфавите. Квадрат, потому что это первоформа. Черный цвет, потому что он поглощает все цвета.

Вместе с «Черным квадратом» Малевич создает «Черный крест» и «Черный круг». Простые элементы. Но они тоже производные черного квадрата. Круг появляется, если квадрат вращать на плоскости. Крест состоит из нескольких квадратов.

Дальше Малевич из своей азбуки складывает новые «слова». Он комбинирует цветоформы в простых, сложных и очень сложных сочетаниях.

В стиле супрематизма Малевич писал несколько лет. А затем произошло невероятное. Он так долго отрицал фигуративность, что к ней и вернулся. Можно было бы расценить это как непоследовательность. Мол, «поиграл» в красивую теорию и хватит.

На самом деле созданный им язык жаждал применения. Применения в мире форм и натуры. И Малевич послушно вернулся в этот мир. Но изображал его уже с помощью нового языка супрематизма.

Так что «Черный квадрат» – это не конец искусства, как иногда его обозначают. Это начало новой живописи.

Создав супрематизм, Малевич делал все, чтобы тот не пылился в музеях, а шел в массы. Он рисовал эскизы платьев. Но при жизни смог их «надеть» лишь на героев своих картин. Еще он расписывал фарфор. Создавал рисунки для тканей.

На языке «Черного квадрата» заговорили сторонники Малевича. Самый известный из них – Эль Лисицкий, который изобрел печатные шрифты, а также новый дизайн книг. Подобное оформление книг нам кажется естественным. Но лишь потому, что стиль Малевича прочно вошел в нашу жизнь. Наши современники, дизайнеры, архитекторы и модельеры не скрывают, что всю жизнь черпали вдохновение в работах Малевича.

Почти каждый зритель пытается понять Малевича с помощью привычного языка натурного изображения. Того самого, который придумал Джотто и который развили художники эпохи Возрождения.

Многие пытаются оценить «Черный квадрат» по неподходящим критериям. Нравится – не нравится. Красиво – не красиво. Реалистично – не реалистично. Появляется неловкость. Обескураженность. Потому что «Черный квадрат» остается глух к таким оценкам. Что же остается? Только осудить или высмеять. Мазня. Ерунда. «Ребенок лучше нарисует» или «Я так тоже могу» и прочее.

А если оценить «Черный квадрат» как букву алфавита? Как атом молекулы? Как электрон магнитного поля? Вот тогда станет понятно, почему это шедевр. Невозможно «Черный квадрат» оценить сам по себе. А только вместе с тем пространством, которому он служит.

Малевич был известен при жизни. Но материальной выгоды он от этого не получил. Отправляясь в 1929 году на выставку в Париж, он просил власти отпустить его туда пешком. Потому что денег на дорогу у него не было.

Власти поняли, что пришедший на своих двоих в Европу товарищ Малевич подорвет их авторитет. Поэтому 40 рублей на поездку выделили.

Правда, через 2 недели он был срочно вызван телеграммой обратно. И по приезде сразу арестован. По доносу. Как немецкий шпион.

Больше никаких выставок. Никакого супрематизма. В СССР возможен только соцреализм.

Художник умер от рака в 1935 году.

По материалам, взятым из открытого доступа в сети Интернет